Пятница, 21.07.2017, 13:40
Приветствую Вас Гость | RSS
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Июль 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Архив записей
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Besucherzahler Beautiful Russian Girls for Marriage
счетчик посещений
Яндекс.Метрика Free counters!

Статистика с 4.06.2014

Сайт Михаила Лощилова:

Архангельский Север - былое и настоящее

В первый раз считали нас


Как известно, в октябре текущего года пройдет очередная перепись населения, которая для Северодвинска будет седьмой по счёту. Первая же в его истории состоялась тогда, когда на месте города находился ещё только начинавшийся строиться посёлок, - 6 января 1937 года. Столь точная датировка объясняется тем, что всесоюзная перепись 1937 года была однодневной, в связи с чем обходившие дома счётчики были обязаны учитывать только тех, кто ночевал по месту жительства в ночь с 5 на 6 января. Это требование обуславливалось тем предположением, что не ночевавшие дома будут переписаны в другом месте нахождения.
 

Сведения в переписные листы вносились со слов переписываемых. Правда, при этом счётчикам рекомендовалось требовать документы в тех случаях, когда отвечавшие называли круглые цифры своего возраста - 30, 40, 50 лет. Объясняется эта рекомендация негативным опытом первой всероссийской переписи населения 1897 года, когда в некоторых губерниях количество, например, 40-летних превышало число как 37-39-летних, так и 41-42-летних в два-три раза. Дело в том, что крестьяне (а они были основной массой населения царской России), отвечая в 1897 году на вопрос о возрасте, как правило, его округляли.

Безусловно, чтобы провести перепись одновременно по всему Советскому Союзу, требовалось привлечь огромную армию счётчиков, а именно 1 миллион 250 тысяч. И не просто привлечь, а обучить. А в этом деле, как позже выяснилось, были большие недочёты, что не могло не сказаться на итогах переписи.

Что же касается только возникшего в Никольском устье нового населенного пункта, именовавшегося в документах переписи "посёлком Архсудостроя", то среди его населения стать счётчиками изъявили желание более ста человек. Но требовалось только 48 - по числу счётных участков, из которых были сформированы четыре инструкторских участка. Последние в свою очередь образовали переписной отдел № 5 Приморского района Архангельской области. Однако отнесение посёлка к сельскому району обуславливалось лишь формальным территориальным признаком. Ибо вся переписная документация, для него предназначенная (например, бланки переписных листов), была с грифом "для городского населения".

Следует сказать и о том, что проведение переписи в новом посёлке в значительной мере затруднялось тем, что в нём ещё не было утверждённых и как-либо названных (хотя бы под номерами) улиц. А нумерация построенных домов, бараков и общежитий требовала срочной систематизации, так как, к примеру, под № 1 в разных местах имелось несколько домов. Или два дома под № 14. Первостроители также жили в домах с частично литерным обозначением (1А и 2А), в палатках (№№ 1, 2 и 15), на баржах (№№ 3, 18 и 123), на дебаркадере и в плавучей бане. Кроме того, к посёлку были приписаны временные бараки строителей на 10-м, 23-м, 26-м и 31-м километрах железной дороги Исакогорка - Никольское устье.

Из уже сформировавшихся на момент переписи районов посёлка следует назвать 1-й, 2-й и 3-й жилые участки, желдорстрой, шпалорезный завод, транспортный городок, пригородное хозяйство. Причём по окончательным данным переписи в последнем жили 89 человек (14 женщин и 75 мужчин), на шпалорезном заводе - 387 человек (154 и 233 соответственно), в транспортном городке - 74 (4 и 70).
В целом же в посёлке 6 января 1937 года счётчиками было выявлено 7653 жителя. Однако уже на следующий день выяснилось, что учтены далеко не все. Поэтому на всех счётных участках были проведены контрольные обходы, в результате которых выявили ещё 273 человек. Следовательно, ошибка составила значительный для переписи процент - 3,56.

Но в этом вина счётчиков была частичной, так как изъян был заложен при разработке методики и организации проведения переписи. Например, предписывалось учитывать только находившихся в указанную ночь дома. И это при том, что предварительное заполнение переписных листов проводилось с 1 января. А сама перепись, точнее, сверка этих листов велась с 8 часов утра до 12 часов ночи 6 января. В итоге выбывшие накануне 6-го (или не ночевавшие) вычеркивались из предварительных листков и больше нигде, как правило, не учитывались. К тому же в предварительных (а потом и итоговых) листах не фигурировали, например, многие из тех, кто был все эти дни в отлучке и не был учтён в поездах или на вокзалах. Оказались неучтёнными и те, кто только что прибыл, к примеру 4-го, и, не попав в уже в составленные предварительные листы, в ночь на 6-е уже был на работе. А таких непрерывно прибывавших на многочисленные стройки и сразу же включавшихся в работу по стране были тысячи. Только на Архсудострое всех этих категорий неучтённых, повторяю, оказалось 273 человека.

Конечно, немалая вина за недоучёт населения в целом по стране лежала и на счётчиках, при подборе и обучении которых были допущены ошибки. Впрочем, разве легко их было подготовить, причём в количестве десятков тысяч, например, в среднеазиатских республиках СССР с малограмотным на тот момент большинством их населения. Поэтому неудивительно, что процент недоучёта, установленный там при выборочных контрольных обходах, оказался несравнимо выше выявленного в посёлке Архсудостроя.

Понятно, что проведение по всей стране сплошных контрольных обходов было бы равносильно проведению повторной переписи, что требовало выделения дополнительных средств. Поэтому 24 января 1937 года начальник управления народно-хозяйственного учёта (УНХУ) Госплана СССР И.А. Краваль сообщил И.В. Сталину и В.М. Молотову лишь предварительные итоги переписи: общая численность населения страны составила 162 003 225 человек. Что оказалось ниже контрольной численности, определенной по данным текущего учёта населения, - минимум 165,7 млн.

Здесь следует напомнить, что шёл 1937 год, поэтому такое расхождение побудило назвать перепись "вредительски" подготовленной. В этой связи Совнарком СССР, отстранив начальника УНХУ И. Краваля от работы, обязал Госплан провести в январе 1939 года новую перепись. А организацию и проведение состоявшейся постановил считать неудовлетворительными, её материалы - дефектными. Поэтому последние были отправлены на спецхранение в архивы.

Ныне же они хотя и частично, но стали доступны. Поэтому, ознакомившись в областном архиве с рассекреченными переписными листами, могу привести уточненные (после контрольных обходов) сведения о численности населения посёлка Архсудостроя на 6 января 1937 года: всего в нём проживало 7926 человек, из них женского пола - 1931, мужского - 5995. В том числе в бараках по трассе строившейся железной дороги было учтён 591 человек (114 и 477 соответственно), а в уже открывшемся стационаре больницы посёлка лежали 16 женщин и 19 мужчин.

Небезынтересны и данные по населенным пунктам, ныне входящим в городскую черту Северодвинска. В Нёнокском сельсовете проживали 1418 человек (738 женщин и 680 мужчин), в том числе в Сюзьме - 154 (82 и 72 соответственно), в Солзенском лесопункте - 144 (15 и 129), на хуторе Куртяево - 4 (2 и 2). Население Солзенского сельсовета составляли 614 человек (325 и 289 соответственно). В Кудьмозерском сельсовете жили 477 человек (262 и 215). В Амбурском ските (переименованном в выселок), несмотря на происшедшие в стране коренные преобразования, продолжали проживать 24 старообрядца - 20 женщин и 4 мужчины.

В заключение краткого рассказа о первой в истории Северодвинска переписи следует отметить: из списков счётчиков видно, что одним из них был будущий ответственный секретарь газеты "Сталинец" А.С. Канев. Причём Алексей Самойлович оказался счётчиком безупречным - количество выявленных на его участке во время контрольного обхода первостроителей в точности соответствовало числу им переписанных. 
                                                                                                       Михаил ЛОЩИЛОВ 
                                              Статья опубликована в газете "Северный рабочий"